Юрист по искусственному интеллекту (ИИ) для бизнеса

В частности, юрист в сфере ИИ обладает не только юридическими знаниями и навыками, но также пониманием концепции работы моделей ИИ, знаниями в области информационных технологий, персональных данных, интеллектуальной собственности, антимонопольного и административного законодательства. Юрист интерпретирует данные, полученные ИИ и работу подобных сервисов в целом с точки зрения юридических рисков

Возникающие риски можно разделить на следующие категории:

Правовое регулирование редко поспевает за техническим прогрессом. Новая технология будет подчиняться ранее действовавшим правилами, а специальное регулирование, как правило, появляется спустя несколько лет (или даже десятков лет) после ее создания. В таких условиях важно соблюдение баланса интересов государства и бизнеса. Технологическим компаниям должно быть комфортно развивать и внедрять технологии, в том числе, за счет налоговых льгот и преференций, однако при этом их деятельность не должна вредить государственным интересам. Такие интересы могут сталкиваться, например, при разработке этических норм для ИИ-сервисов и определении ответственности за рекомендации искусственного интеллекта.

Правовое регулирование ИИ продолжает формироваться. При этом с 2026 года действует специальный Федеральный закон № 243-ФЗ, а к отдельным проектам применяются нормы об интеллектуальной собственности, персональных данных, информации, рекламе, защите конкуренции и отраслевое регулирование.

Поэтому при запуске ИИ-продукта необходимо оценивать не только технологию как таковую, но и конкретные роли участников проекта, используемые данные, модель распространения продукта, условия пользовательских соглашений и порядок распределения ответственности между сторонами.

26 июля 2026 года принят Федеральный закон № 243-ФЗ «О поддержке развития технологий искусственного интеллекта в Российской Федерации». Закон устанавливает специальные правила для отдельных ИИ-систем и направлений их использования, включая большие фундаментальные модели, суверенные и национальные модели искусственного интеллекта.

Требования закона вводятся поэтапно. Поэтому при оценке проекта необходимо учитывать не только дату принятия закона, но и конкретный вид модели, статус ее владельца или оператора, назначение системы, используемые данные и применимые переходные положения.

При применении 243-ФЗ необходимо проверить:
1] К какой категории относится используемая ИИ-система или модель и подпадает ли она под специальные требования закона..
2] Используются ли в проекте большая фундаментальная, суверенная или национальная модель искусственного интеллекта.
3] На каком основании собираются и используются данные для обучения, тестирования и эксплуатации модели.
4] Соблюдены ли требования к информированию пользователей о применении ИИ и о создании контента с его помощью.
5] Кому принадлежат права на результаты интеллектуальной деятельности, созданные или полученные с использованием ИИ.
6] На каких условиях пользователи получают доступ к сгенерированному контенту, могут его использовать и сохранять.
7] Как между разработчиком, владельцем, оператором и заказчиком распределяются договорные, регуляторные и имущественные риски.

Сфера ИИ вызывает множество вопросов в юридической сфере, среди которых можно выделить:
1] Определение статуса ИИ – российское законодательство не наделяет ИИ самостоятельной правосубъектностью. Юридические последствия связываются с действиями разработчиков, владельцев, операторов, заказчиков и пользователей ИИ-систем.
2] Ответственность за действия и решения ИИ – в зависимости от обстоятельств ответственность может возникать у разработчика, владельца, оператора, заказчика или пользователя системы. Конкретное распределение зависит от применимых норм законодательства, характера нарушения, фактического контроля над системой и договорной модели.
Федеральный закон № 243-ФЗ не устанавливает универсальную модель гражданско-правовой ответственности за любые ошибки ИИ-систем. Поэтому в договоре необходимо отдельно определить порядок тестирования и приемки продукта, обязанности по контролю, процедуру уведомления об инцидентах, ограничения ответственности, возмещение убытков и распределение рисков претензий третьих лиц.
3] Авторские права на результат генерации ИИ – ИИ не признается автором произведения. Для возникновения авторско-правовой охраны имеет значение творческий вклад человека, участвовавшего в создании или переработке результата, а также условия пользовательского соглашения соответствующего сервиса и договорное распределение прав.
При оценке правового статуса результата необходимо проверить, насколько самостоятельными были действия пользователя, какие элементы были созданы или отобраны человеком, редактировался ли результат после генерации и допускают ли правила сервиса коммерческое использование полученного контента.
Пользовательское соглашение также может устанавливать порядок использования сгенерированного результата, ограничения на его передачу третьим лицам и правила использования исходных данных. Поэтому до коммерческого запуска необходимо изучить условия сервиса и закрепить права на результаты в договорах с сотрудниками, подрядчиками и заказчиками.

США: регулирование ИИ развивается одновременно на федеральном уровне, на уровне штатов и через отраслевые требования. Для бизнеса особое значение имеют правила защиты персональных данных, недискриминации, защиты потребителей, кибербезопасности и интеллектуальной собственности. При выходе на рынок США необходимо проверять требования конкретного штата и отрасли.

Китай: действуют специальные правила для алгоритмов рекомендаций, генеративных ИИ-сервисов и управления данными. Регулирование предусматривает требования к безопасности, контролю алгоритмов, содержанию сервисов и хранению данных. Объем обязанностей зависит от вида ИИ-сервиса и территории его использования.